gasan

Categories:

Николай Глазков. 1949. Впервые опубликовано в 1989.

А чуть больше семидесяти лет спустя это стихотворение Глазкова воспринимается едва ли не как политическое, и адресовано оно, похоже, всей Москве или даже всей стране, родине-невесте...

Вступление в поэму

Темнотою и светом объята
В ночь июля столица Родины.
От Таганки и до Арбата
Расстояние было пройдено.  

Очевидно, очередная
В личной жизни ошибка сделана.
Ветер выл, смеясь и рыдая,
Или время было потеряно,  

Или так начинается повесть,
Или небо за тучами синее...
Почему ты такая, то есть
Очень добрая и красивая?  

Почему под дождем я мокну,
Проходя по пустынным улицам,
В час, когда беспросветным окнам
Непрестанно приходится хмуриться?  

Никого нет со мною рядом
На пустынном мосту Москва-реки,
Где чуть слышно ругаются матом
Электрические фонарики.  

Не имею ста тысяч пускай я,
Но к чему эти самые ребусы?
Почему я тебя не ласкаю
В час, когда не идут троллейбусы?  

Москворецкие тихие воды
Заключают какую-то заповедь...
Все равно ничего не поймешь ты
Из того, что, наверно, нельзя понять. 

Это я изнываю от жажды,
В чем нисколько меня не неволишь ты.
О любви говорили не дважды
И не трижды, а миллионожды!  

Мне нужна от тебя не жертва,
А сама ты, хоть замуж выданная.
Если жизнь у меня бессюжетна,
Я стихами сюжета не выдумаю!  

Эта мысль, хоть других не новее, —
Непреложная самая истина,
Ибо если не станешь моею,
То поэма не будет написана,  

А останется только вступление...
Надо быть исключительной дурой,
Чтоб такое свершить преступление
Пред отечественной литературой! 

1949

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded